3 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Двойная ответственность в гражданском праве запрещена

Постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 11 сентября 2006 г. N А62-963/2006 Поскольку судом ошибочно применены две меры ответственности в виде взыскания договорного штрафа и процентов за пользование денежными средствами, обжалуемый судебный акт в части взыскания штрафа отменен. Действующее законодательство не предусматривает применение двойной ответственности за одно и то же нарушение обязательства (извлечение)

Федеральный арбитражный суд Центрального округа в составе председательствующего, судей, при участии в заседании: от истца: ИП Б.С.В. — Б.С.В.- предприниматель, свид. N 67 от 01.09.1999, паспорт, П.А.С — представитель (дов. б/н от 30.01.06 на 1 год); от ответчика: ООО «Л-М» — М.В.В. — адвокат (дов. б/н от 17.07.06 на 3 года);

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную, жалобу ООО «Л-М», г. Смоленск, на решение Арбитражного суда Смоленской области от 19.04.2006 по делу N А62-963/2006, установил:

Индивидуальный предприниматель Б.С.В., г. Рудня Смоленской обл., обратился в арбитражный суд с иском к ООО «Л-М», г. Смоленск, о взыскании 359 622 руб. 40 коп., в том числе 345 680 руб. основного долга по договору N 03/10 от 03.10.2005, 17 975 руб. 36 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами и 1 728 руб. 40 коп. штрафа.

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 19.04.2006 исковые требований удовлетворены в полном объеме.

В апелляционном порядке законность принятого судебного акта не проверялась.

В кассационной жалобе ООО «Л-М» просит решение суда отменить и направить дело на новое рассмотрение. В обоснование жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и нарушение норм материального и процессуального права.

В судебном заседании кассационной инстанции представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в жалобе.

Истец и его представитель, возражая доводам жалобы, просили оставить оспариваемый судебный акт без изменения.

Изучив материалы дела, заслушав представителей сторон, оценив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия считает необходимым решение суда от 19.04.2006 в части взыскания штрафа отменить и отказать в удовлетворении данных исковых требований, в остальной части судебный акт оставить без изменения по следующим основаниям.

Судом первой инстанции установлено, что между истцом и ответчиком был заключен договор N 03/10 от 03.10.2005, по условиям которого предприниматель Б.С.В. обязался поставить ООО «Л-М» продукцию (картофель) на общую сумму 1 160 000 руб.

Согласно накладной N 08/10 от 08.10.2005 истец поставил ответчику картофель продовольственный в сетках в количестве 59600 кг на общую сумму 345 680 руб.

Поскольку поставленная продукция не была оплачена ООО «Л-М», предприниматель Б.С.В. обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что представленными в материалы дела доказательствами подтверждается факт ненадлежащего исполнения ООО «Л-М» обязательств по оплате полученной продукции. В связи с этим суд сделал вывод, что данное нарушение является основанием для применения ответственности в виде взыскания штрафа, предусмотренного договором, и процентов за пользование чужими денежными средствами на основании ст. 395 ГК РФ.

Выводы суда в части взыскания суммы основного долга соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам материального и процессуального законодательства. Ответчиком не представлено доказательств оплаты полученного картофеля.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что срок оплаты товара не наступил ввиду того, что истец сам нарушил обязательства, не поставив картофель в согласованном количестве, не могут быть приняты во внимание судом кассационной инстанции как не соответствующие условиям договора о сроках оплаты и положениям ст. 516 ГК РФ.

Кроме того, указанные доводы не были заявлены суду при рассмотрении спора по существу.

Возражения ответчика сводились лишь к тому, что дело не подлежит рассмотрению в арбитражном суде в связи с отсутствием у истца статуса предпринимателя.

Однако указанные доводы были предметом исследования суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку.

Между тем, суд кассационной инстанции полагает, что судом области ошибочно применены две меры ответственности в виде взыскания договорного штрафа и процентов за пользование денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ.

Удовлетворяя заявленные исковые требования в полном объеме, суд первой инстанции не учел следующего.

В соответствии с п. 6 Постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 08.10.98 N 13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами» в денежных обязательствах, возникших из договоров, на просроченную уплатой сумму подлежат начислению проценты на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации. В случаях, когда законом либо соглашением сторон предусмотрена обязанность должника уплачивать неустойку (пени) при просрочке исполнения денежного обязательства, суду следует исходить из того, что кредитор вправе предъявить требование о применении одной из этих мер.

Таким образом, действующее законодательство не предусматривает применение двойной ответственности за одно и то же нарушение обязательства. Ответственность за не исполнение обязательства должна определяться по выбору кредитора.

В судебном заседании кассационной инстанции представитель истца, учитывая вышеназванное положение и согласившись в этой части с доводами кассационной жалобы, просил о применении к ООО «Л-М» ответственности, установленной статьей 395 ГК РФ. Заявление истцом требований о взыскании штрафа обосновал длительным неисполнением ответчиком обязательств по оплате продукции и моральным аспектом.

В рассматриваемом случае суд кассационной инстанции полагает возможным учесть мнение истца и, не направляя дело на новое рассмотрение, оставить без изменения решение суда в части взыскания процентов в сумме 17 975 руб. 36 коп. В части взыскании штрафа решение следует отменить и в иске отказать.

На основании изложенного и руководствуясь п. 1, 2 ч. 1 ст. 287, ч. 1, 2 ст. 288, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд постановил:

Решение Арбитражного суда Смоленской области от 19.04.2006 по делу N А62-963/2006 в части взыскания штрафа в размере 1728 руб. 40 коп. отменить, в этой части исковых требований предпринимателю Б.С.В. отказать.

В остальной части решение суда оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия.

Постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 11 сентября 2006 г. N А62-963/2006

Текст постановления предоставлен Федеральным арбитражным судом Центрального округа по договору об информационно-правовом сотрудничестве

Документ приводится в извлечении: без указания состава суда, рассматривавшего дело, и фамилий лиц, присутствовавших в судебном заседании

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ:

Недобросовестный участник – директор. Привлечь к ответственности и исключить можно.

7 июля, 2017 — 12:23

Распространенный вид ответственности руководителя − имущественная ответственность за убытки, причиненные обществу, другим участникам или кредиторам юридического лица (п.п.2, 3 ст.53 ГК РФ и п.п.1, 3 ст.53.1 ГК РФ). Иные виды ответственности или не предусматривались законодательством или судебная практика не применяла их к генеральным директорам. С 2012 года ситуация поменялась: участника могут исключить за действия, которые он совершил как директор.

Суды отказывались исключать участника за деяния в качестве руководителя (постановления ФАС ВСО от 30.08.2007 № А74-16/07-Ф02-5804/07 по делу № А74-16/07, Президиума ВАС РФ от 26.08.2003 № 7325/03 по делу № А73-8694/2002-10)

Исключить участника за действия директора можно

В 2012 году ВАС РФ указал, что «…совершение участником общества с ограниченной ответственностью действий, заведомо противоречащих интересам общества, при выполнении функций единоличного исполнительного органа, может являться основанием для исключения такого участника из общества, если эти действия причинили обществу значительный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили» (п.2 Информационного письма Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 24.05.2012 № 151 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью»).

В 2015 году точку зрения выразил Верховный суд РФ. Суд приравнял к нарушениям, которые допускают исключение участника, противоречащие интересам общества действия участника в качестве директора (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ»).

Принцип двойной ответственности не применяется

Действующее законодательство не запрещает одновременно заявлять требования о привлечении директора-участника к ответственности и исключении его из общества. Это возможно, если исключение участника является не мерой гражданско-правовой ответственности, а санкцией из-за расторжения договора

Взыскание убытков с лица, осуществляющего функции директора, − мера гражданско-правовой ответственности. Если исключение участника-директора – это тоже один из видов гражданско-правовой ответственности, то заявлять такое требование одновременно с требованием о взыскании убытков нельзя.

О.В. Гутников полагает, что исключение участника – это санкция в виде лишения участника корпоративных прав против его воли. Такая санкция может рассматриваться лишь в порядке применения мер ответственности за серьезные нарушения участником корпоративных обязанностей (Исключение участника юридического лица: мера ответственности и способ защиты корпоративных прав // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2015. N 2. С. 102 – 127).

Д.В. Ломакин отмечает, что в исключении участника нет ни одного из существенных признаков гражданско-правовой ответственности. Исключение участника не влечет за собой дополнительных имущественных обременений для него (Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. М., 2008. С. 431 – 432).

Читать еще:  Как избежать уголовной ответственности за неуплату налогов

Принцип «non bis in idem»

Конституция РФ содержит известный принцип − никто не может нести ответственность дважды за одно и то же правонарушение (ч.1 ст. 50). Также законодатель закрепил данный принцип в нормах уголовного, административного и налогового законодательства (ч.2 ст.6 УК РФ, п.7 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, п.2 ст.108 НК РФ). В ГК РФ указанный принцип отсутствует.

Необходимо отметить, что Конституция РФ, вслед за п.7 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года, устанавливает правило о недопустимости повторного осуждения за одно и то же преступление. Гражданско-правовой деликт не относится к преступлению. Ранее в ст.65 Конституции РСФСР 1978 года (в ред. Закона от 21.04.1992) использовалась более широкая трактовка: «никто не должен дважды нести уголовную и иную ответственность за одно и то же правонарушение». С 1992 по 1993 год законодатель существенно сократил сферу действия принципа двойной ответственности.

Суды вынуждены основывать позицию о запрете на двойную ответственность на общих подходах и судебной практике. Единственное исключение из принципа недопустимости двойной ответственности в гражданском праве − возможность установления штрафной неустойки (абз.2 п.1 ст.394 ГК РФ).

Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 09.04.2003 № А43-6778/02-15-277
Постановлении Президиума Вас РФ от 07.04.1998 № 1537/98

В литературе эксперты приводят признаки, которые позволяют отнести исключение участника к гражданско-правовой ответственности.

Во-первых, исключение участника всегда связано с его неправомерным поведением. Затруднение деятельности общества − следствие нарушения обязанности участника не совершать действий (бездействий), которые существенно осложняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация (п.4 ст.65.2 ГК РФ).

Во-вторых, выплата исключенному участнику денежного эквивалента стоимости корпоративных прав не означает, что участник не несет никаких дополнительных имущественных потерь. Рыночная цена акций (долей) может существенно превышать часть стоимости чистых активов. Участник не сможет получать в будущем дивиденды от результатов деятельности общества.

Ключевой признак юридической ответственности − лишение субъективных гражданских прав либо возложение новых или дополнительных гражданско-правовых обязанностей в результате применения санкции за правонарушение (Иоффе О.С. Обязательственное право. М.: Юрид. лит., 1975. С. 97). А вышеперечисленные последствия возникают не в силу исключения, а в результате иных обстоятельств – к примеру, роста рыночной стоимости доли, нарушения срока ее выплаты и т.д. Эти обстоятельства напрямую не связаны с санкцией.

Согласно позиции А.А. Кузнецова, исключение участника необходимо рассматривать как санкцию за нарушение, вытекающую из заключенного между сторонами соглашения и обязанности действовать в интересах общества. В этом случае санкция − расторжение договора о совместной деятельности с целью извлечения прибыли путем создания юридического лица. Судебная практика признает расторжение договора мерой ответственности, но не исключает возможности применить к правонарушителю иные имущественные санкции.

Расторжение договора влечет прекращение обязательств на будущее время. Но кредитор вправе требовать с должника суммы основного долга и имущественные санкции в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора (п.1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 № 104). Таким образом, обязанность общества выплатить участнику действительную стоимость его доли также укладывается в концепцию того, что исключение участника представляет собой вид договорной ответственности.

Наличие чистых активов свидетельствует о положительном результате деятельности общества, который возник, в том числе, в результате деятельности исключаемого участника и засчет внесенной им доли. В этом случае, при исключении, указанная сумма представляет собой неосновательное обогащение на стороне юридического лица.

Постановления ФАС СЗО от 23.11.12 по делу № А56-33552/2011, 8 ААС от 15.01.15 № 08АП-13078/2014 по делу № А75-8153/2014 АС СЗО от 12.12.14 по делу № А56-15389/2014

Исключить директора – участника можно за злоупотребления и недобросовестность

Исключить участника-директора из общества можно. Если у компании уже будет судебное решение о взыскании убытков с участника-директора, это поможет доказать недобросовестное поведение участника и наличие неблагоприятных последствий.

Позицию общества в споре усилят доказательства того, что участник-директор действовал неразумно, недобросовестно и препятствовал деятельности общества.

Судебная практика применяет ст.53.1 ГК РФ, если доказан факт недобросовестного и неразумного поведения лица. Лицо, которое входит в состав органов юридического лица, обязано действовать в его интересах добросовестно и разумно.

Если директор нарушает эту обязанность, по требованию юридического лица или его участников, он должен возместить убытки, причиненные таким нарушением (п.1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

В законе недобросовестное и неразумное поведение участника не закреплены как основания для исключения последнего из общества. Главные признаки поведения, которое допускает исключение участника, − создание препятствий для деятельности общества (ст.10 ФЗ об ООО, п.1 ст.67 ГК РФ).

Идентичная точка зрения изложена в Информационном письме Президиума ВАС РФ от 24.05.2012 № 151 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью»:

— пункт 1 — «мера в виде исключения участника подлежит применению в случаях, когда лицо совершает действия, заведомо влекущие вред для общества, тем самым нарушая доверие между его участниками и препятствуя продолжению нормальной деятельности общества»;

— пункт 2 — «совершение участником общества с ограниченной ответственностью действий, заведомо противоречащих интересам общества, при выполнении функций единоличного исполнительного органа может являться основанием для исключения такого участника из общества, если эти действия причинили обществу значительный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили»;

— пункт 3 — «совершение участником общества с ограниченной ответственностью действий, заведомо противоречащих интересам общества, при осуществлении полномочий, предоставленных ему на основании доверенности, выданной обществом, может являться основанием для исключения такого участника из общества, если эти действия причинили обществу значительный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили»;

— пункт 4 — «голосование участника по вопросам повестки дня общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью, а равно систематическое уклонение от участия в собраниях могут являться основанием для исключения участника из общества, если такие действия (бездействие) причиняют значительный вред обществу или делают невозможной деятельность общества либо существенно ее затрудняют».

Зачет требований

Закон не исключает возможности зачета требований по возмещению убытков и выплате действительной стоимости доли. Нормы закона предусматривают зачет встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования (ст.410ГК РФ).

Однородность. Такие требования возникают из обязательств, в которых участвуют одни и те же лица (юридическое лицо и участник-директор). Обязательства однородные по предмету исполнения – денежные. Сейчас суд не признает тождество правовой природы требований необходимым условием для признания встречных требований однородными. Раньше судебная практика признавала отношения из различных оснований неоднородными. В одном из дел суд установил, что требование об уплате покупной цены и требование о возмещении убытков − не однородные (постановление ФАС ВСО от 03. 02.04 № А33-06480/03-С1-Ф02-56/04-С2).

Ситуация начала меняться в 2001 году. Президиум ВАС РФ указал, что ст.410 ГК РФ не требует, чтобы предъявляемое к зачету требование вытекало из того же обязательства (п.7 Информационного письма от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований»).

Бесспорность. Президиум ВАС РФ указал, что бесспорность требований для зачета и отсутствие возражений сторон о наличии и размере требований ГК РФ не определяет в качестве условий зачета. Если есть спор по одному из требований, это не препятствует сторонам подать заявление о зачете. Есть одно условие: в суде не должно быть спора по обязательству, которое стороны хотят прекратить (постановление ВАС РФ от 07.02.12 № 12990/11 по делу № А40-16725/2010-41-134).

Указанные действия участника носят следующие признаки:

— участник в рамках своих прав совершает действия недопустимым способом или средствами;

— нарушаются права или законные интересы участников или юридического лица в целом.

Все перечисленное подпадает под основные характеристики злоупотребления правом. Участник в данном случае пользуется субъективным правом в противоречии с его назначением, что приводит к конфликту интересов юрлица и конкретного участника.

Злоупотребление правом суд устанавливает через призму добросовестности. Суд откажет в защите недобросовестному лицу, если это лицо не соблюдает принципы разумности и добросовестности (постановление Президиума ВАС РФ от 14.11.2006 № 8259/06 по делу № А40-38670/04-63-424). Несмотря на то что прямого указания на недобросовестное поведение лица при применении п. 1 ст. 67 ГК РФ в законе нет, доказательства недобросовестного поведения могут повлиять на исход спора об исключении участника.

Оценить добросовестность поведения участника-директора помогут положения п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица». В пункте 1 этого же постановления указано, что суд признает участника недобросовестным, если доказать, что участник знал или должен был знать о том, что на момент совершения его действия не отвечали интересам юридического лица.

Двойная ответственность за одно и то же нарушение в контексте субсидиарки

Задаваясь данным вопросом и бегло (признаюсь честно) анализируя судебную практику, я нашла 3 случая, когда может возникнуть двойная ответственность контролирующего лица за одно и то же нарушение. В некоторых случаях суды признают, что такая двойная ответственность имеет место, в иных же не признают.

Читать еще:  Как привлечь генерального директора к субсидиарной ответственности

Действующее законодательство не предусматривает применение двойной ответственности за одно и то же нарушение обязательств, так как это противоречит принципам права: разумности, справедливости и недопустимости двойной ответственности.

В данном деле суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что наличие судебного акта о взыскании с контролирующего лица солидарно денежных средств в пользу банка, а также привлечение этого же контролирующего лица на эту же сумму к субсидиарной ответственности не влечет за собой права банка взыскивать задолженность дважды, и следовательно, ни о какой двойной ответственности и речи быть не может. Суд при этом ссылается на положение норм 323, 325, 399 ГК РФ (Постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2017 N 06АП-71/2017 по делу N А37-1225/2015).

Похожий вывод был сделан в Постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2012 N 17АП-7416/2011-ГК по делу N А50-3992/2010.

Судом было указано, что в случае взыскания с поручителя в порядке солидарной ответственности задолженности по кредитным договорам и привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности речь идет о различных видах ответственности (солидарная и субсидиарная), у которых различны правовые и фактические основания для их возникновения (в первом случае — ст. 363 ГК РФ, во втором — ст. 10 Закона о банкротстве). Следует также иметь ввиду, что интересы поручителя защищены положениями ст. 365 ГК РФ, в соответствии с которой к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежащие кредитору как залогодержателю в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

Позволю себе не согласиться с данными судебными актами.

Понимая, что солидарная и субсидиарная ответственности, безусловно, разные виды ответственности, чувство справедливости подсказывает, что нельзя одно и тоже лицо привлекать и к солидарной, и к субсидиарной ответственностям. Иное неизбежно влечет за собой двойную ответственность.

Тем более печальна такая позиция суда исходя из действующего права кредитора заявить об уступке ему части требования о привлечении к субсидиарной ответственности в размере требования кредитора. И кредитор будет иметь на руках два исполнительных листа – первый испол.лист к лицу, как к солидарному должнику, второй испол.лист к этому же лицу как к субсидиарному должнику. Как мне представляется, погашением по одному из двух испол.листов не прекратится производство по второму.

Довод о том, что интересы поручителя защищены положениями ст. 365 ГК РФ, не актуален в случае исключения должника из ЕГРЮЛ в результате завершения банкротства. Наличие иных солидарных должников помимо основного должника банкрота, также не покрывает рисков взыскания по второму исполнительному листу по субсидиарке.

Суд при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности сделал вывод, что взыскание с контролирующего лица в рамках субсидиарной ответственности тех же денежных средств, что и по иску о взыскании в качестве последствий недействительности сделки, приведет к двойной ответственности.

К такому выводу суд пришел по следующей логике.

Заявление конкурсного о привлечении контролирующего лица (видимо директора) к субсидиарной ответственности основано на положениях п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве и мотивировано тем, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий Волкова Ю.В., а именно совершения им сделок, впоследствии признанных недействительными.

Как следует из заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, основанием для его подачи послужило наличие задолженности перед кредиторами в размере 25 805 938,89 рублей. При этом в качестве оснований для привлечения директора к субсидиарной ответственности кредитор указал на неэффективное управление должником, сославшись также на наличие судебного акта по которому тот обязан вернуть в конкурсную массу 37 353 500 руб.

Основанием для взыскания с контролирующего лица денежных сумм в размере 37 353 500 руб., в свою очередь, является совершение им недействительных сделок на указанную сумму.

Следовательно, конкурсный кредитор просит взыскать с Волкова Ю.В. в рамках субсидиарной ответственности те же самые денежные средства, которые были взысканы в качестве последствий недействительных сделок, что приведет к двойной ответственности (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2017 N 09АП-40009/2017 по делу N А40-141238/13).

Аналогичная позиция в Постановлении Второго арбитражного апелляционного суда от 06.05.2014 N 02АП-2548/2014 по делу N А82-9474/2010

Можно согласиться с выводами судов, так как взыскание денежных средств в качестве реституции по недействительной сделки и привлечение к дополнительной ответственности за совершение недействительных сделок на ту же сумму является нарушением принципа недопустимости двойной ответственности.

Имеется противоположный судебный акт.

Арбитражные суды установили, в результате совершения контролирующим недействительной сделки, был причинен вред в размере 2 089 474 руб. 23 коп., данная сумма была взыскана в пользу должника. Суды указали, повторное взыскание данной суммы с в качестве субсидиарной ответственности приведет к двойной ответственности контролирующего лица, и не усмотрели оснований для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности применительно к абзацу третьему пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Однако суд кассационный инстанции не согласился с данными выводами, указал, выводы судов являются ошибочными, поскольку 2 089 474 руб. 23 коп. были взысканы с директора в пользу должника в порядке применения последствий недействительности совершенной с ее участием сделки (восстановления сторон в первоначальном положении), а не в качестве вреда (убытков), причиненных должнику, и отправил дело на новое рассмотрение (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 17.09.2015 N Ф06-15639/2013, Ф06-13/2015 по делу N А65-10720/2013). При новом рассмотрении, суд привлек контролирующее лицо к субсидиарной ответственности (Определение Арбитражного суда р. Татарстан от 08.12.2015 года).

Взыскание с директора убытков является основанием для не привлечения к субсидиарной ответственности.

В деле А73-3165/2014 суд указал на факт привлечения единоличного исполнительного органа должника к ответственности в виде взыскания с него убытков в пользу должника является основанием для отказа в привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего лица.

Иной результат влечет возложение на одно лицо — на бывшего руководителя должника двойной ответственности при том, что субсидиарная ответственность контролирующего должника лица является дополнительной (ст. 399 ГК РФ) (Постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2015 N 06АП-3971/2015 по делу N А73-3165/2014).

Такая же позиция в Постановлении Шестого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2017 N 06АП-71/2017 по делу N А37-1225/2015

Собственно и с данной позицей я согласна. Справедливо, на мой взгляд

Недобросовестный участник – директор. Привлечь к ответственности и исключить можно.

7 июля, 2017 — 12:23

Распространенный вид ответственности руководителя − имущественная ответственность за убытки, причиненные обществу, другим участникам или кредиторам юридического лица (п.п.2, 3 ст.53 ГК РФ и п.п.1, 3 ст.53.1 ГК РФ). Иные виды ответственности или не предусматривались законодательством или судебная практика не применяла их к генеральным директорам. С 2012 года ситуация поменялась: участника могут исключить за действия, которые он совершил как директор.

Суды отказывались исключать участника за деяния в качестве руководителя (постановления ФАС ВСО от 30.08.2007 № А74-16/07-Ф02-5804/07 по делу № А74-16/07, Президиума ВАС РФ от 26.08.2003 № 7325/03 по делу № А73-8694/2002-10)

Исключить участника за действия директора можно

В 2012 году ВАС РФ указал, что «…совершение участником общества с ограниченной ответственностью действий, заведомо противоречащих интересам общества, при выполнении функций единоличного исполнительного органа, может являться основанием для исключения такого участника из общества, если эти действия причинили обществу значительный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили» (п.2 Информационного письма Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 24.05.2012 № 151 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью»).

В 2015 году точку зрения выразил Верховный суд РФ. Суд приравнял к нарушениям, которые допускают исключение участника, противоречащие интересам общества действия участника в качестве директора (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ»).

Принцип двойной ответственности не применяется

Действующее законодательство не запрещает одновременно заявлять требования о привлечении директора-участника к ответственности и исключении его из общества. Это возможно, если исключение участника является не мерой гражданско-правовой ответственности, а санкцией из-за расторжения договора

Взыскание убытков с лица, осуществляющего функции директора, − мера гражданско-правовой ответственности. Если исключение участника-директора – это тоже один из видов гражданско-правовой ответственности, то заявлять такое требование одновременно с требованием о взыскании убытков нельзя.

О.В. Гутников полагает, что исключение участника – это санкция в виде лишения участника корпоративных прав против его воли. Такая санкция может рассматриваться лишь в порядке применения мер ответственности за серьезные нарушения участником корпоративных обязанностей (Исключение участника юридического лица: мера ответственности и способ защиты корпоративных прав // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2015. N 2. С. 102 – 127).

Д.В. Ломакин отмечает, что в исключении участника нет ни одного из существенных признаков гражданско-правовой ответственности. Исключение участника не влечет за собой дополнительных имущественных обременений для него (Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. М., 2008. С. 431 – 432).

Читать еще:  Ответственность за обработку персональных данных без согласия

Принцип «non bis in idem»

Конституция РФ содержит известный принцип − никто не может нести ответственность дважды за одно и то же правонарушение (ч.1 ст. 50). Также законодатель закрепил данный принцип в нормах уголовного, административного и налогового законодательства (ч.2 ст.6 УК РФ, п.7 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, п.2 ст.108 НК РФ). В ГК РФ указанный принцип отсутствует.

Необходимо отметить, что Конституция РФ, вслед за п.7 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года, устанавливает правило о недопустимости повторного осуждения за одно и то же преступление. Гражданско-правовой деликт не относится к преступлению. Ранее в ст.65 Конституции РСФСР 1978 года (в ред. Закона от 21.04.1992) использовалась более широкая трактовка: «никто не должен дважды нести уголовную и иную ответственность за одно и то же правонарушение». С 1992 по 1993 год законодатель существенно сократил сферу действия принципа двойной ответственности.

Суды вынуждены основывать позицию о запрете на двойную ответственность на общих подходах и судебной практике. Единственное исключение из принципа недопустимости двойной ответственности в гражданском праве − возможность установления штрафной неустойки (абз.2 п.1 ст.394 ГК РФ).

Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 09.04.2003 № А43-6778/02-15-277
Постановлении Президиума Вас РФ от 07.04.1998 № 1537/98

В литературе эксперты приводят признаки, которые позволяют отнести исключение участника к гражданско-правовой ответственности.

Во-первых, исключение участника всегда связано с его неправомерным поведением. Затруднение деятельности общества − следствие нарушения обязанности участника не совершать действий (бездействий), которые существенно осложняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация (п.4 ст.65.2 ГК РФ).

Во-вторых, выплата исключенному участнику денежного эквивалента стоимости корпоративных прав не означает, что участник не несет никаких дополнительных имущественных потерь. Рыночная цена акций (долей) может существенно превышать часть стоимости чистых активов. Участник не сможет получать в будущем дивиденды от результатов деятельности общества.

Ключевой признак юридической ответственности − лишение субъективных гражданских прав либо возложение новых или дополнительных гражданско-правовых обязанностей в результате применения санкции за правонарушение (Иоффе О.С. Обязательственное право. М.: Юрид. лит., 1975. С. 97). А вышеперечисленные последствия возникают не в силу исключения, а в результате иных обстоятельств – к примеру, роста рыночной стоимости доли, нарушения срока ее выплаты и т.д. Эти обстоятельства напрямую не связаны с санкцией.

Согласно позиции А.А. Кузнецова, исключение участника необходимо рассматривать как санкцию за нарушение, вытекающую из заключенного между сторонами соглашения и обязанности действовать в интересах общества. В этом случае санкция − расторжение договора о совместной деятельности с целью извлечения прибыли путем создания юридического лица. Судебная практика признает расторжение договора мерой ответственности, но не исключает возможности применить к правонарушителю иные имущественные санкции.

Расторжение договора влечет прекращение обязательств на будущее время. Но кредитор вправе требовать с должника суммы основного долга и имущественные санкции в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора (п.1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 № 104). Таким образом, обязанность общества выплатить участнику действительную стоимость его доли также укладывается в концепцию того, что исключение участника представляет собой вид договорной ответственности.

Наличие чистых активов свидетельствует о положительном результате деятельности общества, который возник, в том числе, в результате деятельности исключаемого участника и засчет внесенной им доли. В этом случае, при исключении, указанная сумма представляет собой неосновательное обогащение на стороне юридического лица.

Постановления ФАС СЗО от 23.11.12 по делу № А56-33552/2011, 8 ААС от 15.01.15 № 08АП-13078/2014 по делу № А75-8153/2014 АС СЗО от 12.12.14 по делу № А56-15389/2014

Исключить директора – участника можно за злоупотребления и недобросовестность

Исключить участника-директора из общества можно. Если у компании уже будет судебное решение о взыскании убытков с участника-директора, это поможет доказать недобросовестное поведение участника и наличие неблагоприятных последствий.

Позицию общества в споре усилят доказательства того, что участник-директор действовал неразумно, недобросовестно и препятствовал деятельности общества.

Судебная практика применяет ст.53.1 ГК РФ, если доказан факт недобросовестного и неразумного поведения лица. Лицо, которое входит в состав органов юридического лица, обязано действовать в его интересах добросовестно и разумно.

Если директор нарушает эту обязанность, по требованию юридического лица или его участников, он должен возместить убытки, причиненные таким нарушением (п.1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

В законе недобросовестное и неразумное поведение участника не закреплены как основания для исключения последнего из общества. Главные признаки поведения, которое допускает исключение участника, − создание препятствий для деятельности общества (ст.10 ФЗ об ООО, п.1 ст.67 ГК РФ).

Идентичная точка зрения изложена в Информационном письме Президиума ВАС РФ от 24.05.2012 № 151 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью»:

— пункт 1 — «мера в виде исключения участника подлежит применению в случаях, когда лицо совершает действия, заведомо влекущие вред для общества, тем самым нарушая доверие между его участниками и препятствуя продолжению нормальной деятельности общества»;

— пункт 2 — «совершение участником общества с ограниченной ответственностью действий, заведомо противоречащих интересам общества, при выполнении функций единоличного исполнительного органа может являться основанием для исключения такого участника из общества, если эти действия причинили обществу значительный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили»;

— пункт 3 — «совершение участником общества с ограниченной ответственностью действий, заведомо противоречащих интересам общества, при осуществлении полномочий, предоставленных ему на основании доверенности, выданной обществом, может являться основанием для исключения такого участника из общества, если эти действия причинили обществу значительный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили»;

— пункт 4 — «голосование участника по вопросам повестки дня общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью, а равно систематическое уклонение от участия в собраниях могут являться основанием для исключения участника из общества, если такие действия (бездействие) причиняют значительный вред обществу или делают невозможной деятельность общества либо существенно ее затрудняют».

Зачет требований

Закон не исключает возможности зачета требований по возмещению убытков и выплате действительной стоимости доли. Нормы закона предусматривают зачет встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования (ст.410ГК РФ).

Однородность. Такие требования возникают из обязательств, в которых участвуют одни и те же лица (юридическое лицо и участник-директор). Обязательства однородные по предмету исполнения – денежные. Сейчас суд не признает тождество правовой природы требований необходимым условием для признания встречных требований однородными. Раньше судебная практика признавала отношения из различных оснований неоднородными. В одном из дел суд установил, что требование об уплате покупной цены и требование о возмещении убытков − не однородные (постановление ФАС ВСО от 03. 02.04 № А33-06480/03-С1-Ф02-56/04-С2).

Ситуация начала меняться в 2001 году. Президиум ВАС РФ указал, что ст.410 ГК РФ не требует, чтобы предъявляемое к зачету требование вытекало из того же обязательства (п.7 Информационного письма от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований»).

Бесспорность. Президиум ВАС РФ указал, что бесспорность требований для зачета и отсутствие возражений сторон о наличии и размере требований ГК РФ не определяет в качестве условий зачета. Если есть спор по одному из требований, это не препятствует сторонам подать заявление о зачете. Есть одно условие: в суде не должно быть спора по обязательству, которое стороны хотят прекратить (постановление ВАС РФ от 07.02.12 № 12990/11 по делу № А40-16725/2010-41-134).

Указанные действия участника носят следующие признаки:

— участник в рамках своих прав совершает действия недопустимым способом или средствами;

— нарушаются права или законные интересы участников или юридического лица в целом.

Все перечисленное подпадает под основные характеристики злоупотребления правом. Участник в данном случае пользуется субъективным правом в противоречии с его назначением, что приводит к конфликту интересов юрлица и конкретного участника.

Злоупотребление правом суд устанавливает через призму добросовестности. Суд откажет в защите недобросовестному лицу, если это лицо не соблюдает принципы разумности и добросовестности (постановление Президиума ВАС РФ от 14.11.2006 № 8259/06 по делу № А40-38670/04-63-424). Несмотря на то что прямого указания на недобросовестное поведение лица при применении п. 1 ст. 67 ГК РФ в законе нет, доказательства недобросовестного поведения могут повлиять на исход спора об исключении участника.

Оценить добросовестность поведения участника-директора помогут положения п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица». В пункте 1 этого же постановления указано, что суд признает участника недобросовестным, если доказать, что участник знал или должен был знать о том, что на момент совершения его действия не отвечали интересам юридического лица.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector