0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Ответственность за фальсификацию доказательств в арбитражном процессе

Фальсификации в арбитражном процессе: найти и обезвредить

Большинство опрошенных юристов-практиков сталкивались с фальсификацией доказательств. Одни говорят, что подделки встречаются редко, другие – что время от времени. Это «одно дело из 20–30» в работе руководителя юрдепартамента НЮС Амулекс Надежды Макаровой. А в юрфирме Солнцев и партнеры заявляют о фальсификации примерно в каждом 10-м деле, говорит ее управляющий партнер Станислав Солнцев. По его словам, чаще всего подделки встречаются в банкротных, корпоративных, наследственных спорах, спорах о взыскании долгов.

Среди конкретных документов это:

  • договоры займа, расписки;
  • письма, запросы, ответы на них;
  • электронная переписка;
  • документы работодателя по трудовым спорам;
  • договоры купли-продажи имущества перед смертью наследодателя.

Макарова из «Амулекса» советует внимательно изучать документы и проявлять бдительность. «Например, в ходе процесса оппонент внезапно ходатайствует о приобщении документа, который меняет его положение в лучшую сторону. Представитель другой стороны должен получить копию документа, внимательно проверить, задать вопросы, а если не уверен в подлинности, возражать против приобщения, – советует Макарова. – А если все-таки документ будет приобщен, то обсудить это с клиентом и подать заявление о фальсификации».

Оно обязательно должно быть письменным (ст. 161 АПК). Если участник дела заявил о подложности устно, то арбитражный суд заносит это в протокол и разъясняет право изложить заявление письменно (п. 36 Инфописьма Президиума ВАС от 13 августа 2004 года № 82).

Заявление необходимо подать при рассмотрении дела в первой инстанции. В апелляции будет поздно, потому что суд уже оценил доказательство и теперь его уже нельзя исключить из материалов дела (Определение Конституционного суда от 22 марта 2012 года № 560-О-О). Исключение – если документ нельзя было по объективным причинам предоставить раньше.

Кроме того, если подать заявление о фальсификации после стадии исследования доказательств, суд может расценить это как злоупотребление правами и намерение затянуть процесс, отмечает Анастасия Герман из Intellect . Она советует отразить в заявлении недостатки спорного документа и подчеркивает, что он должен иметь прямое отношение к судебному делу.

Если заявление подано, но оппонент возражает против исключения спорных доказательств, то суд принимает меры: истребует другие доказательства, назначает экспертизу и т. п. (п. 1 ст. 161 АПК). Экспертиза документов чаще всего почерковедческая или давностная. Для первой важно иметь максимально приближенные к дате составления «проверяемого документа» образцы для сравнительного исследования, говорит Солнцев. Желательно – не меньше 2–5 штук, свободные (которые не связаны с делом и до его возникновения) и условно-свободные (не специально для экспертизы и после возникновения дела). С экспертизой давности хуже, признает Солнцев: методики имеют много ограничений, особенно если документам больше 1–2 лет.

Это не самая однозначная, но частая ситуация, говорит Евгений Пугачев из юрфирмы Интеллектуальный капитал : директора не было на месте, а с его позволения договор подписал кто-то еще. Например, главный бухгалтер. Правоотношения между сторонами были, они исполняли условия сделки. Но когда дело дошло до взыскания задолженности по договору, контрагент заявил, что директор не визировал документ. В этом случае почерковедческая экспертиза может установить, что подписался другой человек с подражанием почерку директора. «Тут расписался кто-то другой, но тем не менее фальсификации нет, ведь подпись была поставлена с ведома и по просьбе директора», – резюмирует Пугачев.

Нередко суды избегают экспертиз, что признают несколько юристов. Судьи бывают слишком перегружены, поэтому иногда идут по пути обычной оценки доказательств в сопоставлении с иными материалами, говорит партнер Dentons Роман Зайцев. Как вспоминает партнер Синум АДВ Артем Казанцев, его коллеги столкнулись с тем, что две инстанции не стали назначать экспертизу по оценке достоверности доказательства. И даже когда окружной суд прямо указал это сделать при новом рассмотрении дела, первая инстанция «забыла».

Иногда. Порой сами обстоятельства могут помочь обосновать, что этой подписи или печати здесь быть не могло. В одном из дел фигурировали подложные заявления о выходе из ООО, но не по всем подписям удалось получить нужное экспертное заключение, рассказывает Солнцев. Но один из участников ООО был уже на самом деле мертв, а фиктивный директор не мог еще знать сведений, которые были изложены в заявлениях. Это помогло доказать подделку, говорит Солнцев.

Еще один случай вспоминает Юлия Карпова из Инфралекса . Бывший гендиректор представил экземпляр трудового договора, который якобы давал ему право на многомиллионные ежегодные выплаты, а также компенсацию при увольнении. Юристы защищались тем, что раньше никаких подобных выплат не начислялось и в бухучете не отражалось, а сам гендиректор передавал в госорганы и банки совсем другую копию договора. Кроме того, трудовой договор был скреплен степлером и не прошит, а только последняя страница содержала подпись председателя совета директоров. «Другие страницы могли заменить», – указывали представители.

Подделка доказательств в гражданском процессе образует состав ч. 1 ст. 303 УК «Фальсификация доказательств». Это грозит штрафом от 100 000 руб. до 300 000 руб. или в размере зарплаты или другого дохода за один-два года, либо обязательными работами до 480 часов, либо исправительными работами до двух лет, либо арестом до четырёх месяцев. Правда, судя по статистике Судебного департамента, по этой статье за 2016–2018 годы осуждают в среднем 80–120 человек за год. «Это может объясняться высокой загруженностью правоохранительных органов или тем, что это менее опасные преступления, чем некоторые другие», – считает Карпова.

Caselook позволяет найти примеры немногочисленных приговоров за фальсификации в арбитражном процессе. Среди них есть много дел, которые связаны с банкротством или ликвидацией компаний, а поддельные документы в них подтверждают или опровергают имущественные права. Так, в одном из недавних дел 2019 года (№ 22-1799/2019) бывшего учредителя ООО «Вода для всех» Елену Букаеву признали виновной в фальсификации. Ликвидатор этой компании Ксения Марухленко решила признать недействительным договор займа, по которому Букаева в свое время представила фирме заем в размере 2,7 млн руб. в виде векселей Сбербанка. У ликвидатора не было подтверждений, что бывшая участница их вообще когда-либо приобретала. Букаева заявила возражения на иск и приложила акт приема-передачи ценных бумаг. Он оказался поддельным, что подтвердила экспертиза. Сама ответчица в арбитражном процессе отказалась от требований и попросила исключить акт из числа доказательств. А по итогу уголовного дела Букаеву приговорили к штрафу в размере 120 000 руб.

Заксобрание Ленобласти подготовило законопроект № 589321-7 о том, что «арбитражный суд сообщает в органы следствия, если обнаружит признаки преступления в действиях участников дела». Такое же положение сейчас есть в Гражданском процессуальном кодексе – п. 3 ст. 226.

17 июля 2019 года проект Заксобрания приняли в первом чтении.

Юристы разошлись в его оценке. Одни считают, что он способен бороться с фальсификациями. Другие полагают, что фактически ничего не изменится, ведь арбитражные суды перегружены и не будут пользоваться новеллой. «Но даже если так, то сама по себе угроза применения нормы может отрезвить некоторых недобросовестных участников процесса», – говорит Зайцев из Dentons.

Карпова из «Инфралекса» придерживается мнения, что все нужные механизмы в законе предусмотрены, а вопросы есть к работе правоохранительных органов. Герман считает нужным налагать штрафы на сторону, которая пыталась представить поддельное доказательство или, наоборот, неудачно попыталась признать доказательство сфальсифицированным. «Сумма может определяться исходя из цены иска или быть фиксированной при рассмотрении исков, которые не подлежат оценке, – предлагает Герман. – Но такое наказание должно быть безусловным».

ПРОБЛЕМЫ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ФАЛЬСИФИКАЦИЮ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ В АРБИТРАЖНОМ ПРОЦЕССЕ

студентка Уральского филиала Российского государственного университета правосудия [1]

Не секрет, что современное законодательство России страдает многими недостатками. Есть пробелы в правовом регулировании, существуют неясные и дублирующиеся нормы. Одним из источников современного права, который вызывает справедливые нарекания, стал Арбитражный процессуальный кодекс, принятый в 2002 г. Его применение на практике выявило нерешенные проблемы, которые не просто затрагивают конкретные дела, но и влияют на эффективность и справедливость правосудия в целом. Одна из проблем современного арбитражного процесса — это проблема фальсификации доказательств 1 .

Читать еще:  Порядок предъявления обвинения в уголовном процессе

Практика применения положений о фальсификации доказательств, закрепленных в ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ), свидетельствует о том, что правовая природа этого института доказательственного права остается terra incognita (неизвестная земля ) как для теоретиков, так и для правоприменителей .

Статья 161 АПК РФ описан порядок действий, если в процессе одна из сторон заявит, что доказательство, представленное оппонентом, фальсифицировано. В частности, суд должен

предупредить стороны об уголовных последствиях такого заявления .

Анализ действующего законодательства показывает, что норма ст. 303 УК РФ, устанавливающая ответственность за совершение данного преступления, имеет существенные пробелы в регламентации механизма правового регулирования, что не позволяет соответствующим государственным органам эффективно противостоять его совершению.

Что же представляет собой фальсификация доказательств? Необходимо отметить, что законодательного определения данного понятия нет. В Уголовном кодексе РФ отсутствует даже указание на способы фальсификации доказательств, что существенно осложняет деятельность практических работников. Также и в АПК РФ не существует легального определения фальсификации, само же этимологически слово «фальсификация» в русском языке произошло от латинского «falsificare», которое означает подделывание чего-либо, искажение, подмену подлинного ложным, мнимым [2] [3] [4] [5] . Традиционно в юридической литературе под этим термином понимается подделка либо фабрикация вещественных доказательств или письменных доказательств (документов, протоколов и т.д.) 1 . При этом некоторые авторы отмечают, что сам термин «фальсификация» в арбитражном процессе представляется чужеродным, искусственно привнесенным, так как «арбитражный суд может признать доказательство сфальсифицированным в том случае, если подтверждена вина лица в подделке доказательства с целью введения суда в заблуждение» [6] [2] . Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ кассационным определением от 09 марта 2010 г. №52-010-2 разъяснила, что под фальсификацией доказательств, по смыслу ст.303 УК РФ, следует понимать любое искажение сути, объема, внешнего вида, веса и других характеристик доказательств (или хотя бы одного доказательства), влияющее на полное и объективное рассмотрение дела [8] . Таким образом, в ст. 303 УК РФ идет речь о подделывании, подмене и искажении доказательств, понятие которых раскрывается в отраслевых нормативно-правовых актах.

Также остается нерешенный вопрос, кому суд обязан разъяснить уголовно-правовые последствия. В юридической литературе можно встретить несколько мнений по этому вопросу, в том числе. По данному вопросу существуют различные мнения: одни авторы полагают, что об уголовной ответственности должна предупреждаться только обвиняемая сторона [9] , другие считают, что предупреждаются обе стороны по делу [10] . Существует и иная точка зрения, что об уголовной ответственности за фальсификацию доказательств по ст. 303 УК РФ предупреждается обвиняемая сторона, а на заявителя при недобросовестности его поведения могут быть возложены судебные расходы, как на лицо, злоупотребляющее правом. Судебная практика, например, Арбитражного суда города Москвы идёт по пути разъяснения последствий, обвиняемой стороне по ст. 303 УК РФ за фальсификацию доказательств [11] .

Возникают и сложности с определением лица, совершившего преступление. Обычно участниками арбитражного процесса являются юридические лица, в суде от их имени выступают представители, которые всегда могут оправдаться себя. Помимо установления круга потенциальных субъектов и объективной стороны преступления, требуется доказать, что, приобщая оспариваемое доказательство к материалам дела, физическое лицо — лицо, участвующее в деле, или его представитель — осознавало общественную опасность своих действий и желало их совершить (прямой умысел). Подчас многие представители, действующие в гражданском и арбитражном процессах, получают необходимые документы от сотрудников своих доверителей. Сами представители по доверенности часто не осведомлены о пороках формы доказательства, что логично исключает вину таких представителей в совершении преступления [12] .

Сложным и мало исследованным остается вопрос о том, как квалифицировать действия лица, подделавшего документ, который в измененном виде не содержит ложной информации. К примеру, лицо фальсифицирует официальный документ, т. е. фактически совершает преступление, предусмотренное ст. 327 УК РФ. Вместе с тем сведения, которые указаны в документе, полностью соответствуют действительности. Затем документ представляется суду для подтверждения позиции соответствующего участника процесса, приобщается к делу. Возникает вопрос: есть ли в действиях лица признаки состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 303 УК РФ, с учетом того, что «искусственно» созданный документ не содержит ложных сведений. В данном случае подделка любого документа, представление его в суд с последующим приобщением к материалам дела будут расцениваться как фальсификация доказательств независимо от ложности или достоверности содержащихся в них сведений. Для квалификации действий по ч. 1 ст. 303 УК РФ не имеют значения мотивы и цели фальсификации, главное, чтобы лицо

осознавало факт подделки доказательства и желало воспользоваться последним .

Вызывает закономерное удивление и тот факт, что виновным удается избежать установленной законом ответственности. Это происходит прежде всего потому, что информация о совершении таких преступлений часто в органы следствия не поступает и лица, их совершившие, в итоге остаются безнаказанными, хотя преступления совершаются публично. В качестве одной из причин такого положения дел назовем отсутствие в АПК нормы, аналогичной ст. 226 ГПК, в которой предусмотрено право суда выносить частное определение, а в арбитражном процессе — нет. Статья 226 ГПК устанавливает, что при выявлении случаев нарушения закона суд вправе вынести частное определение и направить его в соответствующие организации или соответствующим должностным лицам, которые обязаны в течение месяца сообщить о принятых ими мерах. В случае несообщения о принятых мерах виновные должностные лица могут быть подвергнуты штрафу. Наложение штрафа не освобождает соответствующих должностных лиц от обязанности сообщить о мерах, принятых по частному определению суда. В случае если при рассмотрении дела суд обнаружит в действиях стороны, других участников процесса, должностного или иного лица признаки преступления, он сообщает об этом в органы дознания или предварительного следствия 1 .

Проблема эта неоднократно исследовалась в литературе. Так, В.С. Анохин, председатель Арбитражного суда Воронежской области, отмечает: «Арбитражное процессуальное законодательство вообще не предусматривает порядок уведомления правоохранительных или иных органов об установлении факта фальсификации доказательств или ложного доноса (уголовного преступления) участвующим в деле лицом посредством вынесения частного определения или направления иной информации. В результате практике неизвестны случаи привлечения лиц, связанных с заявлением о фальсификации доказательств в арбитражном судопроизводстве, к уголовной ответственности. А все нормы о фальсификации доказательств и предусмотренная судебная процедура по ним оказываются настоящей фикцией» .

Таким образом, в арбитражном процессе встречаются преступления против правосудия, предусмотренные уголовным законодательством, — фальсификация доказательств. Однако уголовная ответственность за них, как правило, не наступает. Основная причина такого положения состоит в том, что действующее законодательство не устанавливает четкого механизма взаимодействия арбитражного суда с [13] [2]

правоохранительными органами в случае признания судом обоснованным либо необоснованным заявления о фальсификации доказательств, лишает арбитражный суд права выносить частное определение в адрес государственных органов и должностных лиц с обязанностью последних дать ответ на это определение. На мой взгляд, для урегулирование проблем, которые вызывает ст. 161 АПК РФ, следует принять по данному вопросу постановления Пленума ВС РФ, разъясняющего применение положений данной статьи.

Уголовная ответственность за предоставление сфальсифицированных документов в арбитражном процессе.

Ответчиком были представлены в судебное заседание оригиналы документов – доказательств по делу. Противоположная сторона (Истец) заявила о фальсификации данных доказательств (в частности, Истец заявил, что не подписывал документы, которые Ответчик представил и на которых имеется его подпись).

В связи с вышеизложенным, судья обязал обе стороны подписать расписки об уголовной ответственности.

Возможно ли применения уголовной ответственности за фальсификацию доказательств в рамках арбитражного процесса (в случае, если судом будет установлено, что представленные документы сфальсифицированы)?

В соответствии со ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, (далее – АПК РФ), если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

Читать еще:  Преюдиция в арбитражном процессе

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные АПК РФ меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания.

Арбитражный суд не решает вопрос о привлечении лица к уголовной ответственности. Он разрешает процессуальный вопрос о допустимости и достоверности отдельного доказательства при указании на него как на сфальсифицированное, поскольку вынесение решения возможно при наличии допустимых и достоверных доказательств. В противном случае, решение не будет отвечать действительным обстоятельствам дела и может повлечь нарушение прав субъектов арбитражного процесса.

Подача заявления о фальсификации влечет два варианта действий суда. При каждом из них суд обязан разъяснить представившему доказательство возможные уголовно-правовые последствия представления фальсифицированного доказательства с отражением этого действия в протоколе судебного заседания. Поэтому отсутствие лица, представившего предположительно фальсифицированное доказательство, должно повлечь отложение судебного разбирательства. После разъяснения отмеченных последствий суд:

— исключает оспариваемое доказательство из числа доказательств при согласии на то лица, представившего доказательство. Согласие выражается в устной или письменной форме, с отражением в протоколе;

— проверяет заявление о фальсификации, если представившее доказательство лицо возражает по поводу его исключения судом из числа доказательств. Для проверки суд предпринимает все возможные для этого процессуальные меры: назначает проведение экспертизы, допрашивает возможных свидетелей, истребует и исследует документы, иные материалы, получает объяснения от лиц, участвующих в деле, в том числе от представившего оспариваемое доказательство.

Следует заметить, что не всегда представившее доказательство лицо является его фальсификатором, поэтому цель суда — установить, является ли доказательство фальсифицированным. Установление виновного в этом лица не входит в компетенцию арбитражного суда, выяснение этого вопроса относится к уголовной юрисдикции.

За фальсификацию доказательств предусмотрена уголовная ответственность в соответствии с ч. 1 ст. 303 Уголовного кодекса Российской Федерации, (далее – УК РФ). Субъектами уголовной ответственности выступают лица, участвующие в деле, а также их представители. УК РФ в ч. 1 ст. 303 указывает на возможность уголовной ответственности при фальсификации доказательств по гражданским делам, что следует понимать как включающее в себя понятие и арбитражных дел.

Как следует из положений ст. 140, 141, 144, 145 УПК РФ, заявление о совершении преступления (например, заявления о фальсификации доказательства по гражданскому делу) определённым лицом служит поводом к началу уголовного судопроизводства и одновременно является началом уголовного преследования после соответствующей проверки сотрудниками правоохранительных органов изложенных в нем обстоятельств.

В силу ст. 49 Конституции России, ст. 8, 29 УПК РФ наличие в действиях лица состава преступления (а значит, и вины лица, совершившего преступление), может быть установлено только вступившим в законную силу приговором суда. Рассмотрение уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ч. 1 и 2 ст. 303 УК РФ, отнесено ст. 31 УПК РФ к компетенции районных судов. Проведение следственных действий, направленных на сбор доказательств по уголовному делу, входит в полномочия органов дознания и следствия.

Таким образом, компетентный суд может признать доказательство сфальсифицированным в том случае, если доказана вина лица в подделке доказательства с целью введения суда в заблуждение.

Из буквального прочтения ст. 161 АПК РФ может сложиться мнение, что на арбитражный суд возложена обязанность проведения проверки заявления о фальсификации доказательств, то есть заявления о совершении преступления, в рамках которой суд устанавливает как факт достоверности сведений, содержащихся в оспариваемом доказательстве, так и факт его сознательного искажения (умысла).

Однако при таком толковании арбитражный суд принимает на себя несвойственные ему функции органов дознания и следствия, а в случае признания заявления о фальсификации доказательства обоснованным — фактически признаёт лицо, представившее сфальсифицированное доказательство, виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.ст.303УК.РФ.

Конституционный Суд РФ в постановлении от 14.01.2000 № 1-П отметил, что конституционный принцип разделения законодательной, исполнительной и судебной власти и самостоятельности органов каждой из них (ст. 10 Конституции России) в уголовном судопроизводстве предполагает разграничение возлагаемых на соответствующие органы функций, а именно конституционной функции осуществления правосудия и функции уголовного преследования. Осуществление правосудия в Российской Федерации в соответствии с ч. 1 ст. 11 и главой 7 Конституции России возлагается на суды как органы судебной власти, которые рассматривают и разрешают в судебном заседании конкретные дела в строгом соответствии с установленными законом процедурами конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства (ч. 1 и 2 ст. 118 Конституции России). Наделение суда полномочиями по возбуждению уголовного преследования не согласуется с конституционными положениями о независимом правосудии (ст. 18, ст. 46, ч. 1, и ст. 120 Конституции России).

Учитывая, что факт совершения преступления может быть установлен только судом в порядке уголовного судопроизводства, при отсутствии соответствующего приговора суда общей юрисдикции арбитражный суд в силу ст. 68 АПК РФ не вправе самостоятельно устанавливать вину лица и факт фальсификации доказательства.

В целях вынесения законного и обоснованно решения для арбитражного суда важно наличие достоверного доказательства. Если существо доказательства составляют сведения, не соответствующие действительности, то такое доказательство не может быть принято судом в подтверждение доводов любой стороны по делу. При этом причины несоответствия сведений действительности, выявление чьих-то умышленных действий или простой оплошности для арбитражного суда не имеет значения. Таким образом, по своей сути рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, поданного в порядке ст. 161 АПК РФ, является проверкой заявления о недостоверности доказательств, представленных одним из лиц, участвующих в деле.

Необходимо отметить, что выводы суда о недостоверности доказательства могут служить основанием для направления материалов проверки в следственные органы, однако действующим АПК РФ не закреплена обязанность арбитражного суда направлять соответствующие материалы для проверки поводов и оснований к возбуждению уголовного дела в органы, осуществляющие уголовное преследование в случае, когда суд приходит к выводу о наличии фактических данных, свидетельствующих о признаках преступления.

Таким образом, при наличии состава преступления, предусмотренного в ст. 303 в УК РФ, в рамках Арбитражного процесса отсутствует процессуальный механизм возбуждения уголовного дела в связи с подтверждением предположения о фальсификации доказательств.

Возбуждение уголовного дела по ст. 303 УК РФ, возможно в случае, если сторона, заявляющая о фальсификации доказательств, подаст заявление в прокуратуру и иные органы, в компетенции которых предусмотрено право на возбуждение уголовного дела, проведение предварительного следствия и дознания.

Однако и в этом случае, будут проведены следственные действия на выяснение данных о составе преступления, а именно: Субъект, субъективная сторона, объект, объективная сторона.

Проблемным вопросом является определение того, кто может являться субъектом преступления. Так, диспозиция части первой ст. 303 УК РФ определяет круг субъектов, которые могут быть привлечены к уголовной ответственности за фальсификацию доказательств, и относит к ним лиц, участвующих в деле, и их представителей.

Из анализа статей 62 АПК и 54 ГПК следует, что представитель совершает процессуальные действия (в том числе подает ходатайства о приобщении доказательств) от имени доверителя (представляемого). Учитывая вышесказанное, можно выделить три основных ситуации:

1) возможно привлечение к уголовной ответственности лица, который сам представлял свои интересы в суде, или доверителя, который передал подложный документ представителю, не поставив того в известность о характере подложности;

2) возможно привлечение к ответственности представителя, который вышел за пределы своих правомочий, изготовил и представил поддельный документ в суд. В данном случае, у представителя имеется интерес в самом факте «выигрыша дела» (или в некоторых ситуациях – «проигрыша дела») вне зависимости от спорного материального правоотношения.

3) возможно привлечение к ответственности, как представителя, так и доверителя (допустимы различные формы соучастия).

Что касается субъективной стороны данного состава преступления, то для привлечения к ответственности по ст. 303 УК РФ необходимо наличие прямого умысла, т. е. преднамеренного стремления ввести суд в заблуждение с целью получения нужного решения или затягивания судебного разбирательств по делу.

Читать еще:  Прения сторон в арбитражном процессе образец

Объективная сторона фальсификации — это подделка, фабрикация, искусственное создание любого доказательства по делу, противоречащего действительным фактам и обстоятельствам.

На основании изложенного, привлечение к уголовной ответственности за фальсификацию доказательств в рамках арбитражного процесса возможен только по заявлению в органы следствия и иные правоохранительные органы о совершении преступления, состав которой предусмотрен ст. 303 УК РФ, а так же при обнаружении состава преступления в связи с проведением проверок органами прокуратуры и иными компетентными органами. При этом для привлечения к ответственности будет произведено предварительное расследование, в рамках которого будет устанавливаться состав преступления. На практике привлечение к уголовной ответственности по ст. 303 УК РФ осуществляется очень редко.

Следует отметить, что зачастую при фальсификации доказательств по гражданскому делу могут иметь место и другие преступления, совершаемые с целью представления в суд ложных сведений: подделка, изготовление и сбыт поддельных документов (ст. 327 УК РФ), незаконная банковская деятельность (ст. 172 УК РФ), служебный подлог (ст. 292 УК РФ) и др.

Фальсификация доказательств в Арбитражном процессе

В действующем АПК фальсификации доказательств посвящена ст. 161, в которой установлено, что если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

  1. разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;
  2. исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;
  3. проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства и т.д.

Важность проверки заявления о фальсификации доказательств определяется еще и тем, что в соответствии с ч. 2 ст. 50 Конституции РФ при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

В уголовном праве фальсификации доказательств посвящена статья 303 УК:

фальсификация доказательств по гражданскому делу лицом, участвующим в деле, или его представителем — наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо арестом на срок от двух до четырех месяцев. (в ред. Федерального закона от 08.12.2003 N 162-ФЗ)

Объективная сторона преступления характеризуется действием — фальсификацией доказательств по гражданскому делу. В теории и судебной практике под фальсификацией доказательств обычно понимается искажение фактических данных, являющихся вещественными или письменными доказательствами, в том числе внесение в документы ложных сведений (например, их подделка, подчистка), уничтожение вещественных и иных доказательств.

Преступление считается оконченным с момента предъявления суду сфальсифицированных доказательств.

Субъект преступления — лицо, участвующее в гражданском деле или его представитель. К ним относятся: стороны (истец и ответчик); третьи лица; прокурор; лица, обращающиеся в суд за защитой прав, свобод и законных интересов других лиц или выступающие в процессе в целях дачи заключения; заявители и другие заинтересованные лица по делам особого производства и по делам, возникающим из публичных правоотношений (ст. 34 ГПК РФ).

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Лицо осознает, что фальсифицирует доказательства по гражданскому делу, и желает этого.

наиболее распространенные формы фальсификаций:

  • подделка подписей;
  • допечатка текста;
  • замена внутренних листов в документах;
  • иные способы монтажа документов.
  • «интеллектуальный» подлог, т.е. предоставление вновь созданного документа;
  • фальсификация доказательств в рамках направления заказной корреспонденции.

Причем необходимо четко различать ситуации, когда доказательство были специально сфабриковано, от ситуации, когда оно просто содержит ошибочные сведения и представившая его сторона не имела никакого злого умысла.

Итак мы уверены, что предоставленные доказательства являются сфальсифицированными. Возникает вопрос: каков порядок действий?

Рассмотрение заявления о фальсификации доказательства производится арбитражным судом в соответствии с требованиями ст. 161 АПК РФ на стадии судебного разбирательства в случае, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, что отражается в протоколе судебного заседания.

Вместе с тем согласно пункта 36 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.08.2004 N 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» обращается внимание на то, что в случае устного заявления о фальсификации доказательства суд должен отразить это заявление в протоколе и разъяснить участвующему в деле лицу, сделавшему устное заявление о фальсификации доказательства, право на подачу письменного заявления об этом.

Данная практика имеет место в ряде регионов. Так, согласно Постановления Федерального арбитражного суда Московского округа от 27.08.2007 N КГ-А41/8266-07-П обращается внимание на то, что согласно протоколу судебного заседания суда апелляционной инстанции представитель истца заявил о фальсификации доказательства и ходатайствовал об объявлении перерыва.

Суд кассационной инстанции, с учетом данного обстоятельства сделал вывод о том, что сведения, содержащиеся в заявлении, представленном в материалы дела, являются допустимыми доказательствами по делу, поскольку лицами, участвующими в деле, не было сделано заявлений в надлежащей форме о его фальсификации, противоречит имеющимся в деле доказательствам.

Согласно ч. 2 ст. 75 АПК РФ протокол судебного заседания относится к письменным доказательствам.

Протокол действительно письменно подтверждает и тем самым доказывает совершение в ходе заседания определенных действий, в том числе устные заявления и объяснения лиц, участвующих в деле (ч. 2 ст. 155 АПК РФ). Тем не менее, позиция арбитражных судов по вопросу необходимости заявления. (лучше подавать письменно) !

Ограничения на обращение:

Арбитражный процессуальный кодекс не предусматривает ограничений, исключающих возможность обращения с заявлением о фальсификации доказательств стадии подготовки к судебному разбирательству, однако при его рассмотрении судом должен вестись протокол предварительного судебного заседания. Процедура рассмотрения заявления в таком случае также производится в соответствии со ст. 161 АПК РФ. Имеют место различная позиция суда по вопросу ведения протокола и принятия заявления на стадии подготовки к судебному разбирательству:

  • судом принимается заявление о фальсификации (что отражается в протоколе предварительного судебного заседания), выносится определение о назначении судебной экспертизы для проверки обоснованности заявления о фальсификации;
  • судом принимается заявление о фальсификации (что отражается в протоколе предварительного судебного заседания), в определении о назначении судебного заседания указывается о том, что заявление о фальсификации будет рассмотрено в процессе проведения судебного разбирательства в порядке ст. 161 АПК РФ;
  • судом не принимается заявление о фальсификации (со ссылкой на право стороны сделать это только в судебном заседании в порядке ст. 161 АПК РФ).

Заявление о фальсификации доказательства в суде кассационной инстанции заявлено быть не может, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 286 АПК РФ при рассмотрении дела арбитражный суд кассационной инстанции лишь проверяет, соответствуют ли выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Порядок рассмотрения заявления о фальсификации доказательств

Основная норма, которая нам потребуется, это статья 161 АПК РФ. Алгоритм подачи и рассмотрения заявления о фальсификации доказательств:

  1. Заявление о фальсификации доказательства подается в письменной форме (п. 1 ст. 161 АПК);
  2. Судом заслушиваются мнения других лиц, участвующих в деле (п. 1 ст. 159 АПК);
  3. Суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления (пп. 1 п. 1 ст. 161 АПК);
  4. Суд исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу (пп. 2 п. 1 ст. 161 АПК);
  5. Суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу (пп. 3 п. 1 ст. 161 АПК);
  6. По результатам рассмотрения заявлений арбитражный суд выносит протокольное определение (п. 2 ст. 159, п. 2 ст. 161 АПК). А дальше 3 варианта:
    1. Лицо явится и даст ответ об исключении доказательства;
    2. Лицо не явится, но даст письменный ответ (возражения);
    3. Лицо не явится и промолчит.
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector